Дети дождя: все об аутизме

О заболевании

Корреспондент беседует с кандидатом медицинских наук, психиатром высшей категории, заведующим кафедрой психотерапии, курсом детско-подростковой психотерапии Санкт-Петербургской Медицинской Академии Игорем Валерьевичем Добряковым.

Игорь Валерьевич, почему в последние годы появилось много детей с неврологической патологией, с чем это связано?

— Здесь очень много причин. Это и ухудшение экологии, и социальные потрясения, которые переживает наша страна. И, как это ни странно, успехи медицины: те дети, которые раньше погибали, сейчас остаются живыми, и нам приходится с ними работать. Это, конечно, с одной стороны, замечательно, с другой стороны — трудно.

— А каковы факторы риска развития у ребёнка такого заболевания, как аутизм?art_picture_spec_pic_471

— Это и воздействие неблагоприятных факторов во время беременности и родов, в том числе инфицирование вирусом краснухи, и имеющиеся у ребёнка заболевания: фенилкетонурия, менингит, энцефалит и некоторые другие.

— Можно ли диагностировать неврологические и психические отклонения ещё в перинатальном периоде?

— Конечно. Есть совершенно определённые наследственные заболевания, которые диагностируются еще внутриутробно, например, синдром Дауна.

— Можно ли диагностировать аутизм во время беременности?

— Нет. Аутизм — это целый комплекс расстройств. Его можно увидеть практически сразу после рождения ребёнка. Кроха не имеет комплекса оживления, который есть у детей первого месяца жизни, эмоционально очень слабо реагирует на близких, вплоть до полного безразличия. Ребёнок-аутист не улыбается, «не даёт» контакта глаза в глаза. Сами родители очень интересно говорят об этих детях: когда они берут ребёнка на руки, то он не готов к тому, что его взяли. Они рассказывают, что складывается ощущение, будто берёшь в руки кулёк с мукой. Малыш — просто, не высказывая эмоций, висит. Эти дети слабо реагируют на различные зрительные и слуховые раздражители, они иногда кажутся глухими и слепыми. Чем дальше, тем больше симптоматика аутизма пугает родителей. Эти дети очень боятся перемен. Когда говорят, что аутисты — это дети отгороженные, то это не совсем правильно. Наоборот, они чрезмерно открытые. На мой взгляд, аутизм — это прежде всего нарушение самосознания. Обычный человек постепенно начинает строить границы своего тела, своей души. В конечном итоге он выделяет себя из окружающей природы. Поэтапное построение самосознания происходит примерно к 3-м годам. И проявляется это в том, что дети начинают говорить о себе во втором или третьем лице. Раньше они не знали своих границ, отождествляя себя с матерью. В 3 года ребенок вдруг начинает говорить «я хочу», «мне надо»… — это означает, что он построил свои границы — и их надо уважать. В противном случае начинается конфликт.

Ребёнок, больной аутизмом, этого этапа достигает очень поздно или вообще не достигает. Он не говорит о себе «я», он не строит границ своего тела, своей души. Более того — он не очень хорошо понимает окружающие предметы, он не понимает, что происходит вокруг, не осознаёт существование других людей. Эти дети не могут отличить живые предметы от неживых. Если хотя бы что-то становится им понятно — они за это цепляются: отсюда появляются эти симптомы тождества, стереотипии: они могут повторять одни и те же движения (стереотипные движения пальцами рук, потряхивание и вращение кистями рук, ужимки, подпрыгивание, ходьба и бег на цыпочках).

То же касается и речи аутичного ребенка: либо он вообще не говорит, либо, как попугай, произносит что-то, не обращаясь ни к кому. Повторение одних и тех же действий, слов успокаивает.
Родителям же кажется, что ребёнок не понимает, о чём они говорят. Не запоминает. На самом деле это не так. Больной малыш может вспомнить, например, разговор между мамой и папой через несколько дней, недель, и даже способен передать интонацию.

 Нельзя ли такие гениальные возможности как-то использовать?art_picture_spec_pic_472

— Только с согласия ребенка. Аутисты всё хорошо понимают, но, к сожалению, у них нет интуиции. Они не могут участвовать в разговоре. Они часто чувствуют себя одинокими. Эти пациенты боятся врачей, таблетку проглотить — целая проблема. Они страшатся незнакомых, непонятных звуков, пылесоса, кофемолки, электродрели.

В то же время привыкают к вещам и очень не любят, когда что-то меняются. Помните фильм «Человек дождя»? Главный герой — типичный аутист. Эти люди определённым образом «общаются» с вещами, если этот порядок нарушается, у них появляется очень сильная тревога. Тревога — мучительна, но с ней можно бороться. Один из способов — это введение в неизвестную ситуацию какого-то знакомого элемента. Так, если бы было можно, малыш бы носил всегда одну и ту же одежду. Порой переодеть аутиста — целая проблема. Ребёнок-аутист боится играть с детьми, он играет рядом. У него есть любимый маршрут для прогулки, любимая скамейка. Взрослому может казаться странным, что ребенок хочет идти именно этим путем, но… На самом деле это ритуал, который помогает малышу справиться с тревогой.

— Получается, с ребёнком-аутистом не нужно спорить, нужно делать так, как он хочет?

— Совершенно верно. Не нужно провоцировать тревогу?

И, конечно, следует учитывать, что заболевание может быть разное по тяжести. Есть «лёгкие» аутисты, которых удаётся хорошо социализировать. Есть тяжёлый аутизм. Так, при синдроме Ретта аутизм порой прогрессирует очень быстро. Замедляется рост головы с формированием микроцефалии, утрачиваются ранее приобретённые навыки, развиваются тяжёлые вазомоторные нарушения, появляются судороги. Есть аутизм в рамкам ранней детской шизофрении. Интеллект у аутистов тоже может быть разным: от дебилизма до совершенно высокого уровня IQ. Правда, проявление высокого интеллекта своеобразно: они плохо, к примеру, понимают социальные ситуации, но при этом прекрасно умеют считать.
Если правильно подходить к таким детям, заниматься с ними, то они могут хорошо приспособиться к жизни.

 Как отличить упрямство здорового ребёнка от проявления аутизма?

— Вообще родители всегда должны задумываться, почему ребёнок на чем-то настаивает, что стоит за его капризами, за его упрямством. Потому что нарушение поведения могут дать и другие психические нарушения.
За последнее десятилетие уровень аутизма вырос в 10 раз, и считается, что он будет продолжать расти. Некоторые ученые связывают такой рост с детскими прививками, в то время как другие уверены, что причина в изменившейся окружающей среде.

Доктор Шаток, являющийся вице-президентом Всемирной Организации Аутизма, разъяснил, что цифры о значительном росте случаев аутизма получены на основании анализа данных, собранных за период с 1966 по 1999 годы.
Профессионалы, занимающиеся проблемой аутизма, призывают прессу не делать скоропалительных выводов, а дождаться результатов исследований, направленных специально на выяснение причин драматического роста случаев этого заболевания.

Последние исследования, результаты которых были доложены на конференции «American Society of Human Genetics», показали, что шансы ребенка получить аутизм зависят от того, от кого из родителей пришел дефектный ген.
Ученые уже давно предполагали генетическую базу у аутизма, но теперь стало ясно, что это заболевание развивается в результате процесса, который называется генетическим импринтингом.

Исследователи из Медицинского центра Университета Дьюк показали, что отцы могут иметь ген, ответственный за аутизм в хромосоме № 7, в то время как матери могут иметь дефектный ген в хромосоме № 15. Обычно гены находятся в двух состояниях: доминантном и рецессивном. Причем именно доминантный ген детерминирует то, что ребенок унаследует от родителей. Ученые убеждены, что если они будут хорошо понимать генетические факторы аутизма, то удастся разработать метод генетического тестирования, который будет очень важен для семей, входящих в группу риска по этому заболеванию.
Трудность заключается в том, что, по-видимому, аутизм кодируется не одним, а несколькими генами.
Некоторые аутисты интересны еще и потому, что именно они, как правило, проявляют способности, которые потом эксплуатируют в своих фильмах голливудские продюсеры.

Рэймонд Бэб-бит («Человек дождя») помнил, кто в каком году выиграл матч на первенство НБА, знал наизусть телефонный справочник и мог в уме вычислять квадратный корень любого четырехзначного числа. Маленький Саймон («Восход Меркурия») с первого раза расколол код секретной системы ФБР. И это отнюдь не преувеличение. Судя по американской статистике (в России она просто не ведется), 10% аутистов обладают выдающимися способностями, в то время как среди обычных людей этот показатель меньше 1%. Никакого внятного объяснения этот феномен не имеет. Никто не знает, почему одни аутисты запросто решают сложнейшие математические задачи, в мельчайших подробностях копируют Рембрандта и могут с первого раза по памяти воспроизвести фугу Баха, а другие (согласно статистике, около 50%) по развитию ничем не отличаются от олигофренов.

Математические способности встречаются у аутистов наиболее часто и проявляются в достаточно раннем возрасте.
С маниакальной педантичностью взрослые аутисты расставляют вещи в своем доме. Они точно знают, где что лежит, и не дай бог кому-нибудь нарушить сложившийся порядок. Именно страсть к упорядочиванию роднит аутистов с компьютером. В бездушной машине, общающейся при помощи знаков, многие больные видят единственное близкое существо.
Способности к программированию у аутистов налицо. Аутисту ничего не стоит за два дня выучить новый компьютерный язык, просто изучая исходные коды. Профессиональные программисты не дадут соврать: задача для обычного человека практически неразрешимая. Именно поэтому аутистов в последнее время стали широко использовать в компьютерных фирмах. Например, у Билла Гейтса, по разным данным, от 5 до 20% персонала — аутисты.

Говорят, в советские времена существовала закрытая инструкция Минздрава СССР. Она запрещала выдавать родителям новорожденных с явными физическими или умственными отклонениями. Им предлагалось подписать бумагу об отказе от ребенка. В худшем случае врачи говорили, что он умер при родах. Причем тогда не разделяли олигофренов и аутистов. У таких детей не было будущего или возможности оказаться полезными обществу. Сколько потенциальных гениев потеряла наша страна за все время существования инструкции, остается только гадать. Наш мир тихой сапой охватывает эпидемия аутизма — болезни «людей дождя». Для нее не существует ни расовых, ни этнических, ни социальных границ. По данным Министерства образования США, за последнее десятилетие минувшего века прирост больных аутизмом в этой стране составил 273 процента. И если в 1992/93 учебном году в Америке обучались 15,5 тысячи детей, страдающих аутизмом, то в 1997/98 году их число выросло до 42,5 тысячи. А вот общемировые цифры: из 10 000 новорожденных 15 — 20 — аутисты. Два года назад называли цифру 4 из 10 000; тогда их было два с половиной миллиона. На Западе их стараются адаптировать к окружающему миру, помочь всевозможными социальными программами. В США государство, без учета денег от благотворительных фондов, выделяет около 30 тысяч долларов в год на каждого (!) аутичного ребенка. Бытует мнение, что в распространении аутизма виновата обычная вакцинация. Так, основатель частного исследовательского института аутизма в Сан-Диего психолог Бернард Римланд уверен, что особенно опасны в смысле появления болезни комбинированные вакцины вроде КСК (от кори, свинки и ветрянки). А вот координатор подразделения нейробиологии и генетики аутизма в Национальном институте США детского здоровья и развития человека Мэри Бристол-Пауэр называет среди возможных причин заболеваемости пестициды и загрязнители окружающей среды.

Новое лечение, вызывающее несомненный интерес, но пока еще не подтвержденное научными изысканиями, могло бы приподнять завесу молчания над аутизмом. Это лечение, в котором используется гормон секретин, в значительной степени улучшает поведение некоторых детей-аутистов. Дети, страдающие аутизмом, не вырабатывают достаточного количества секретина. Из этого следует, что процесс пищеварения протекает у них менее эффективно. Секретин оказывает целый ряд положительных воздействий, и некоторые из них представляются весьма значительными, поскольку они связаны с проблемами визуального контакта, общения, осознания окружающего мира или речи.
Представляется, что секретин также тесно связан со многими мозговыми функциями.
Назначение антибиотиков может помочь некоторым детям, страдающим аутизмом, сообщает «Associated Press». К такому выводу пришли специалисты чикагской детской больницы, опубликовавшие результаты своих наблюдений в свежем номере «Journal of Child Neurology». К сожалению, в настоящий момент наблюдается лишь временный эффект от применения антибактериальных препаратов.

Основная проблема состоит в том, что положительное действие курса антибиотиков оказалось лишь временным. Примерно через три месяца дети, участвовавшие в эксперименте, возвратились в свое обычное состояние. Кроме того, похоже, что помогает это лечение лишь небольшому проценту пациентов, болезнь которых обусловлена патогенными бактериями в кишечнике. Еще одна проблема состоит в том, что для лечения использовался ванкомицин — антибиотик, традиционно применяемый при тяжелых, резистентных к другим препаратам инфекциях. Использовать его нужно очень осторожно, иначе вскоре бактерии приобретут устойчивость и к нему, и тогда лечить тяжелые инфекции будет нечем.
Ежегодно на Западе проводятся всемирные конференции по аутизму, присутствовать на которых могут не только врачи, но и учителя, воспитатели детсадов, вожатые летних лагерей. Считается, что, чем больше времени аутист будет поводить в нормальных, неспециализированных детских учреждениях, тем больше шансов у него адаптироваться в обычном мире. В России подход один. Зато универсальный. Нет человека — нет проблемы. А человека, вернее, аутистов у нас действительно нет. Диагноз «ранний детский аутизм» ставится только детям до 10 лет. После — его зачеркивают и пишут сверху «психопатия». Или более конкретно — «шизофрения»…

Бычкова Е.

Яндекс.Метрика